4-1В 30-е годы прошлого столетия в Советском Союзе (теперь уже бывшем) зародилось стахановское движение. Начало ему положил шахтер из Кузбасса Алексей Стаханов. Идея, которую он выдвинул, была проста, но поражала своей значительностью: рост производительности и качества труда. Стаханова поддержали не только шахтеры, но и рабочие целого ряда фабрик и заводов страны.
Откликнулись на призыв стахановцев — «становитесь в наш строй!» — и бумажники Кондрова. В их числе были сын старейшего мастера Кондровской бумажной фабрики Ивана Константиновича Пронина — Григорий, сеточники Георгий Суслаков, Семен Евстратов. Они объявили, что включились в соревнование за высокую производительность труда. Конечно, с интересом ожидали, а что скажет по этому поводу Иван Константинович Пронин?..
Ему было уже 68 лет. Опытнейший бумагодел понимал, что затеянное движение за рост производительности труда просто так, «на ура», не подхватишь. Тут надо еще как подумать. Вот четвертая бумагоделательная машина, на которой работает его бригада. «Ее ведь в одночасье не переделаешь на новый лад, — рассуждал он. — А надо на ней же и сейчас увеличить выработку продукции. Значит, придется увеличивать нагрузку на нее. Способна ли выдержать?»
Иван Константинович хорошо помнил: четвертую буммашину установили на фабрике в 1908 году. Предназначена она была для выработки толстых сортов белой бумаги. Опыт подсказывал ему, что запас скорости у нее есть, прибавить можно. Надо только все проверить, предусмотреть. Иван Константинович немало дней и ночей посвятил этому. У него же не было никакого технического образования. Знал грамоту. Однако опыт и природный дар постигать неведомое делали его Мастером.
На бригаду свою Иван Константинович надеялся, как на себя. Держал с ребятами совет. Все задумки выложил, все сомнения. Увеличивать скорость буммашины это очень даже тревожно. Но если получится – будет у бумажников рекорд! Иван Константинович с товарищами пошел на него…
В ночь с 26 на 27 сентября 1935 года коллектив бригады Ивана Константиновича Пронина встал на рекордную трудовую вахту. Старый бумажник не чувствовал тяжести своих 68 лет. Пришел на смену торжественный, одухотворенный, готовый совершить то, что никто в отрасли не делал. Только он пока знал, в каких тайниках бумажной машины, этой металлической громады, спрятаны непознанные еще силы.
Иван Константинович распоряжения отдавал спокойно, хотя волнения своего скрыть не удавалось. Да и все, кто был рядом, переживали. Кто-то сказал тихонько: «Будет удача – такое начнется, не приведи Господь…» Пронин занял свое место у реостата. Крикнул: «Начали!»
Минул час, пошел второй… Иван Константинович внимательно следил, как работает машина. Останавливался и слушал, доступное только ему, ее дыхание. Что он различал в шуме машинных агрегатов, шипении пара? Членов бригады не дергал. Каждый знал свою задачу. Но и у него самого хлопот было через край. Ведь он руководил необычной по тем временам бригадой – сквозной. Наладчики целлюлозы, рабочие рольного отдела, даже резчики и упаковщики бумаги, все находились под началом Пронина…
Он долго не отходил от реостата. Машина шла прилично, и не терпелось ему еще прибавить скорость. Но опыт подсказывал: «Не торопись, проверь еще, какой она выйдет из своего первого рекорда. В следующую смену повторить надо будет».
27 сентября 1935 года в цеховом журнале появилась вот такая запись: «Бригадой И.П.Пронина при норме 1040 кг выработано 1577 кг бумаги. Все пять валиков по справке лаборатории – высоковольтная и кабельная бумага высокого качества. Обрывов не было».
Так родился первый рекорд в бумажной промышленности. Этому событию исполнилось 80 лет!
Конечно, сегодня бумагоделы с улыбкой скажут: «Что же это за рекорд, полторы тонны бумаги в смену». Да, с высоты нынешних скоростей это событие видится, чуть ли не игрушечным. Сегодня на предприятиях бумажной промышленности нашего района, России действуют высокоскоростные, современные машины. Но тогда, в далеком 1935 году, Иван Константинович и его товарищи совершили прорыв именно в сегодняшний XXI век.
Иван Константинович совершил выдающийся гражданский поступок. Он позвал к себе в гости сыновей Григория, Алексея, Петра, которые тоже работали бумажниками. Мыслями поделился с сыновьями. Пошел он на рекорд, должны и дети идти за отцом.
— Пойдем, батя, не расстраивайся, — заверил Алексей.
— Даже и обойти твои рекорды можем, только не обижайся, — посмеялся Григорий.
— Вот-вот, Гриша, об этом я и толкую… Рекорд, он и есть рекорд, а когда он для всех бумажников нормой станет, тогда ему и цена большая…
За отцовским столом не было еще одного сына – Павла. К тому времени он был откомандирован на Балахнинский ЦБК. Там руководил бригадой бумажников. Иван Константинович написал ему:
«…Если стахановец уголь дает и такую высокую цифру вырабатывает, то как же мы, бумажники, не можем этого постигнуть. Я все это продумал и, как отец, приказываю: работайте так, чтобы весь наш род пронинский был передовым.
Там на шахтах пускай будут стахановцы, а у нас на фабриках бумажных, чтобы были пронинцы. С тем и вызываю тебя, Павел, а также Григория и Петра на соревнование…»
Так родилось пронинское движение в бумажной промышленности страны. Павел Иванович Пронин впоследствии вспоминал:
«После того, как отец вызвал на соревнование меня, Григория и Петра, всё так закрутилось… Нами, сынами, двигало чувство ответственности. А для отца соревнование стало делом его рабочей чести. Он ставит один рекорд, Григорий его перекрывает. Оба они работали на четвертой машине, только в разные смены. Петр тоже от них не отставал, буквально наступал на пятки. Ну, а я тоже свой на Балахне ставлю. И тут же по телеграфу отцу сообщаю. Так и держали связь».
…Ивана Константиновича Пронина услышали все бумажники России. За ним пошли сеточники Троицкой и Полотняно-Заводской бумажных фабрик. В 1936 году Пронинское движение охватило все предприятия бумажной отрасли страны. Иван Константинович считал, что рекорд ради рекорда – бе-зобразие. Высокая производительность труда — для всех. Он страдал оттого, что не мог найти способа, чтобы передать свой опыт другим. И все же нашел. Основал сквозную бригаду, разработал режим ее работы. Теперь обслуживание буммашины поднялось на такой уровень, когда рекорды становились доступными всем бумагоделам.
Иван Константинович стал тем специалистом, который нужен был как учитель, консультант на предприятиях развивающейся в то время бумажной промышленности страны. Он в сопровождении своих товарищей-мастеров, например, с Николаем Федоровичем Барановым, который работал рядом с ним, бывали на предприятиях не гостями. Они работали в сменах, передавали свой опыт в реальном времени.
Много событий происходило, участником которых был знаменитый бумагодел. Он был избран депутатом Верховного Совета СССР первого созыва. В декабре 1935 года Ивана Константиновича Пронина наградили орденом Ленина «За инициативу и первенство в деле освоения техникой своего дела, за трудовой героизм и выдающиеся успехи в повышении производительности труда…»
58 лет своей жизни отдал Кондровской бумажной фабрике Иван Константинович. Пронинское движение за увеличение производительности труда и рост качества продукции захватило все предприятия целлюлозно-бумажной промышленности страны. Великая Отечественная война приостановила его развитие. Но потом, когда народное хозяйство было восстановлено, имя Ивана Константиновича вновь оказалось на слуху. Газета «Правда» в номере за 28 марта 1973 года в корреспонденции «Имени первого стахановца» напомнила:
«В 1935 году на первом Всесоюзном совещании рабочих и работниц-стахановцев имя И.К.Пронина упоминалось в едином ряду с именами А.Бусыгина, П.Ангелиной, Н.Изотова. Он был замечательным новатором целлюлозно-бумажной промышленности…»
В 1983 году Президиум ЦК профсоюза отрасли, Министерство целлюлозно-бумажной промышленности, Государственный комитет СССР по лесному хозяйству учредили премию советских профсоюзов и установили звание лауреата премии им. И.К.Пронина. Присуждалась премия ежегодно, в День работников леса. Сегодня об этом мало уже кто и помнит.
Забыли и о торжественном событии, когда открывали мемориальную доску в честь И.К.Пронина на Кондровском бумкомбинате. Начались перестройки, рухнул Союз нерушимый… Рухнуло на Кондровской бумажной фабрике (по старому названию) и здание, на стене которого установили мемориальную доску в честь выдающегося бумажника. И где она теперь?..
Кстати, я писал об этом в сентябре 2004 года в очерке «О нем слагали легенды» («Кондрово за неделю»). Никаких действий не последовало, чтобы вернуть легенду из забытья, ни со стороны тогдашнего руководства ОАО «Кондровская бумажная компания», ни со стороны органов местного самоуправления. Единственно, что сумела сделать управа города – поставили щит на улице Пронина. На нем портрет знатного бумагодела…
А если всем районом, ну хотя бы всем городом Кондрово подумать и решить, как увековечить память нашего земляка Ивана Константиновича Пронина, который 80 лет назад поднял на трудовые подвиги все коллективы предприятий целлюлозно-бумажной промышленности огромной страны – Советского Союза! Кто-то мне возразит: ему же посмертно присвоено звание Почетный гражданин города Кондрово, одна из улиц нашего города носит его имя. Что сказать на это?.. Мне, например, обидно, если хотите — стыдно оттого, что англичанину Вильяму Говарду, владевшему в конце XIX века Троицкой и Кондровской бумажными фабриками, было посвящено немало мероприятий, прославлявших его дела. Нет-нет, я не против этого. Но вот за последние 30 лет ни в Кондрове, ни в районном масштабе мероприятий, посвященных Ивану Константиновичу Пронину, не было.
А.СИДОРЕНКОВ, Почетный гражданин города Кондрово, Почетный гражданин Дзержинского района.